Изнакурнож как сооружение.

Тем, кто вырос на старых добрых киносказках, снятых советским кинематографом, Баба Яга совсем страшной казаться не может. В этом заслуга прекрасного артиста Георгия Милляра, который играл этого персонажа не раз и не два. Про Милляра даже говорили, что он лучшая Баба Яга всех времен и народов. В его исполнении сказочная старуха представала пугающей, но и смешной одновременно. Это и делало ее чрезвычайно обаятельной.

Между тем, изначально смешной Баба Яга не была. Она была отталкивающей и жуткой богиней. Да-да, именно так: в сказочный персонаж она выродилась уже потом.
У писательницы Тэффи есть потрясающий рассказ о Бабе Яге, который начинается так: "Сказки рассказывают: "Баба Яга, костяная нога, в ступе едет, пестом погоняет, помелом след заметает. Учитель словесности говорил: "Баба Яга – богиня вьюг и метелей".
В детских книжках изображалась Баба Яга худой, дикой старухой, с зелеными злыми глазами, изо рта клык торчит, волосы седые, косматые. Страшная, костлявая – у-у-у, и детей ест. Слово "богиня" вызывало представление о красоте – Венера, Диана. Мы видели их статуи, образцы совершенства. Мы слышали выражение"хороша, как богиня". И вдруг эта лютая ведьма, злющая, уродливая старуха – наша богиня. Было это нелепо и смешно".

Хотя на самом деле ничего смешного нет: боги были очень разными и по характеру, и по внешнему виду, причем второе обычно соответствовало первому. Добрый Лель, славянский бог весны, был очень красив, а вот Баба Яга, которая могла запросто пообедать потерявшимся путником, и вид имела соответствующий и потому жила в чаще леса.

Кости у Яги местами выходят наружу из-под тела, груди отвисают ниже пояса, нос крючком, на глазу бельмо, на охоту за человеческим мясом ездит она в железной ступе, и там, где она проезжает, поднимается страшная буря. Деревья стонут, скот ревет, а если какой человек увидит Ягу, то онемеет.

Среди серьезных физических недостатков яги специалисты отмечают и низкую скорость передвижения. Однако она вполне компенсируется техническими средствами, как то: изба, ступа, иногда — помело.
Ступа — личный автотранспорт средней грузоподъемности. Сейчас принято считать, что ступа летает, но в ранних текстах она чаще бегает, что и естественно, если учесть ее изрядную массу, никак не приспособленную к полету. Развивает при этом приличную, но не запредельную скорость: судя по времени, потребному на погоню за всадником, можно оценить ее возможности примерно в 60 км/ч.

Помимо самой бабки ступа способна поднять груз порядка тонны; известны случаи транспортировки десяти воинов в доспехах и с оружием. Правда, сидячих мест в кузове ступы не предусмотрено. Зато она показывает выдающиеся результаты на крэш-тестах: задокументированы случаи столкновения с избой и даже тысячелетним дубом без вреда для аппарата.

Некоторые очевидцы отмечают, что ступа при движении изрыгает огонь; это дает уфологам основания полагать, что ступа по сути своей тождественна летающей тарелке и движется на реактивном принципе.

Помело поступило в автопарк яги сравнительно поздно; не исключено, что его яга позаимствовала у смертных ведьм. Старинные источники обычно не упоминают этого предмета, хотя обыкновенные ведьмы на шабаш на них езживали.
Помело — замаскированный под домашнюю утварь летательный аппарат высокой маневренности, способный на вертикальный взлет, пике и многое другое (даже если не упоминать о том, что в некоторых небезызвестных школах учат управлять им на высочайшем уровне, достаточном для спортивной игры с четырьмя мячами).
Максимальный экипаж помела включает одного водителя и одного пассажира; два пассажира представляют для аппарата серьезную угрозу, и попытка взлета с таким грузом обычно ничем хорошим не кончается.

Но, как я уже говорил, помело в этом качестве используется бабой-ягой редко, это скорее транспорт ведьмы; у яги оно чаще служит частью ступы. То она им рулит, то «след заметает».

Но главной приметой Бабы Яги является, конечно же, знаменитая костяная нога. Почему она у нее костяная? На этот счет имеется одна любопытная, хотя и неаппетитная гипотеза, которая, кстати, объясняет не только костяную конечность, но и такой специфический шедевр архитектуры, как избушка на курьих ножках.
Широко известна идея, что яга — нежить. Тут срабатывает и костяная нога (ясно же, у кого нога костяная — у скелета! Да это и было в свое время популярным эвфемизмом, поскольку о смерти и мертвецах говорить открыто очень не любили), и конфигурация ее избушки (дескать, в домике на столбе хоронили покойников), и зеленая кожа яги-великанши, и манеры брухи (бруксы) пить кровушку и летать по ночам.

Даже знаменитое «русским духом пахнет!» можно привлечь к той же теории: по ряду поверий, мертвые не видят живых, а живые мертвых (вспомните хотя бы толкиеновских назгулов), и потому яга вынуждена (как и назгулы!) полагаться на нюх.
Однако святых имен яга заведомо не боится, питается отнюдь не как нежить, а брукса обзаводится своими пакостными привычками лишь посмертно, при жизни же все равно носит свое гордое имя и вполне соответствует статусу яги.

Одно время была очень популярна версия, что «баба-яга» — переиначенное «бабай-ага», то есть «старик» по-татарски, но как насчет Ежинки и Едзи-бабы? Да и не особо в Польше-Чехии помнили татар. И еще менее вероятна гипотеза, связывающая ее с диким племенем ягов, упомянутым в русской летописи.

На западе популярна гипотеза, что яга — разновидность огра (а может, и просто самка этого вида); в этом случае, очевидно, настоящая форма яги — великанская. Пристрастие к «русскому духу» можно пришить и к этой гипотезе, огры тоже любят высказываться на сей счет. Непонятно, однако же, почему яга живет в домике вполне человеческих пропорций?

Изба яги снабжена курьими ножками только у восточных славян и в Скандинавии; однако и в Польше, и в Германии отмечалось, что домик так или иначе перебирается с места на место, хотя ярко выраженных движителей не замечено. На гусеницах, что ли? Кроме того, избушка эта либо говорящая, либо, по меньшей мере, понимает речь человека, а также падка на любезное обращение, что порой выходило яге боком. Ведь сама яга не считает нужным проявлять вежливость к собственному «фургону»...

Курьих ножек то ли две, то ли четыре; есть сведения о том, что они могут и запинать незваного гостя. Движется изба, судя по всему, размашистым бегом наподобие страусиного, но не так чтобы очень быстро.

Иногда изба снабжается кодовым замком; обычно он имеет вид говорящего черепа, которому нужно сообщить пароль. Бывают, впрочем, и более презентабельные запоры — например, в виде кота или даже... повешенного на дверь калача. А порой, вместо замка в доме - зубастая пасть, вместо засовов – человечьи руки и ноги.

В сказках иногда можно встретить такие слова: "Изба у Яги покрыта блином, подперта пирогом". Но пусть эти сдобные подробности вас не обманывают, потому что в данном случае это не признак изобилия, а поминальная еда. И все это – черепа, кости, куриные ноги - неслучайно.
Дело в том, что древние славяне хоронили умерших в домовинах — гробах, расположенных над землей на очень высоких пнях. Корни этих пней, похожие на куриные ноги, порой выглядывали из-под земли. Домовины ставились таким образом, чтобы отверстие в них было обращено в противоположную от поселения сторону – к лесу. Покойников клали ногами к выходу, поэтому, если кому-то в голову приходило заглянуть в домовину, то он мог увидеть только ноги.

Собственно, отсюда происходят все эти сказочные "повернись, избушка, ко мне передом, а к лесу задом". Герой сказки, Иван-царевич или Иван-дурак (без разницы), оказавшись в трудном положении и испробовав все доступные средства, обращается к недоступным – потусторонним. Это отголосок языческой традиции просить совета и помощи у усопших предков. Подробно об этом рассказывается в книге фольклориста Владимира Проппа, которая называется "Исторические корни волшебной сказки".

Пропп пишет, что Баба Яга внутри домовины представлялась как бы живым мертвецом. Она неподвижно лежала и не видела пришедшего из мира живых человека, пока не узнавала о госте по запаху. Отсюда и ее каноническое "чую, русским духом пахнет!". Человек, встречающий на границе мира жизни и смерти избушку Бабы Яги, как правило, обращается к ней за мудрым советом. Чтобы получить его, он должен приобщиться к миру мертвых.

Для этого Яга сначала парит его в бане, то есть совершает обряд омовения, а потом кормит его – дает ему пищу мертвых. Не испугавшись и приняв угощение, герой доказывает, что он действительно достоин того, чтобы Яга, проводник между миром живых и умерших, помогла ему в его поисках. И неважно, что он ищет – Василису Прекрасную или молодильные яблоки.
Существует теория, согласно которой образ Бабы Яги – это трансформация образа архаического божества, которое некогда главенствовало в обрядах инициации, то есть посвящения. Инициаций у человека было несколько: переход из детства и отрочества во взрослое состояние, вступление в брак, в воинскую дружину. Все это было ритуализировано. И каждый обряд инициации в некотором роде символизировал собой смерть и новое рождение. Например, отмирание старого общественного статуса и рождение в статусе новом.

Ритуалы инициации в том или ином виде известны у всех народов. Причем на ранних стадиях развития эти ритуалы могли быть жуткими и даже жестокими. Для посвящения в полноправные члены общины подростки должны были пройти испытания. Они могли проходить их в лесной чаще, а руководила действием старуха-жрица. Самое страшное испытание состояло в инсценировке "пожирания" испытуемых чудовищем и их последующего "воскресения". Они должны были ритуально умереть, побывать в потустороннем мире и воскреснуть.

За ритуал перехода в мир мертвых и возвращение обратно у славян отвечала именно Яга. Образ страшного женского божества, кстати, существует у всех индоевропейских народов. У греков это была Геката — страшная трехликая богиня ночи, колдовства, смерти. У скандинавских племен — Хель, у индийцев — кровожадная Кали. Их всех боялись, но в то же время почитали и обращались за помощью. Считалось, что эти богини способны освободить от всего старого и отжившего, чтобы расчистить место чему-то новому.

Изначально Яга была, похоже, змееподобным существом. Культ змей как существ, сопричастных к стране мертвых, зародился, возможно, еще в эпоху палеолита. Уже тогда создавались изображения змей, олицетворяющих преисподнюю, а также странных фигур, которые сверху представляли собой человека, а снизу – змею. Некоторые исследователи указывают на то, что одноногие и хромые существа в мифологиях многих народов так или иначе связаны с образом змеи.

Видимо, недаром Яга, как правило, не ходит, а летает, подобно мифическому змею, дракону. Недаром у Гекаты и Кали в волосах змеи, а их скандинавская коллега Хель хоть и обходилась без такого сомнительного украшения, зато имела в сестрах исполинскую змею Митгард. И недаром Яге, а вместе с нею и всем прочим ведьмам (над которыми Яга, без сомнения, была главной, по крайней мере, на славянских территориях) приписывали способность обращаться в змею.

Такую Ягу все, разумеется, боялись. Она могла помочь, но могла и погубить человека. А предсказать ее поведение было почти невозможно: ведь ела она невинных детей, которые ей, в общем, ничем не мешали, а назойливый Иван-царевич, который разворачивал ее избу и вообще хулиганил и всячески беспокоил старуху, уходил от Яги сытый и с подарками, например, с путеводным клубком. И где справедливость?

А теперь несколько важных моментов по поводу того, как с ягой поладить. Ответ на этот жизненно важный вопрос сильно зависит от национальности яги. Отечественная яга, ее польские, чешские, немецкие и французские родичи значительно лучше идут на контакт, нежели скандинавские, британские и южнославянские. У последних, впрочем, есть слабое место — падки на алкоголь; но если яга повстречалась вам в Норвегии или Шотландии, лучше не надеяться на мирный исход.
Впрочем, и среднерусская яга далеко не всегда расположена к дружбе; но она, по крайней мере, обычно не прочь побеседовать, прежде чем взяться за вас всерьез, а дальше все зависит от вашего красноречия.

Изредка — очень изредка — разговор с ягой проходит с позиции силы, но обычно делать этого не рекомендуется. Напротив — миролюбивое, вежливое поведение, можно сделать старушке пару комплиментов... но без излишнего подобострастия и скромности. Она должна почувствовать, что вы знаете себе цену; яга готова поладить с героем, но не с застенчивым Пьеро.

Яга обязана, как и джинн, блюсти ряд местных обычаев; если вам случилось оказаться в курсе, постарайтесь это сразу же показать («сперва гостя покорми, напои, в баньку своди, а там уж и расспрашивай!»). Нечисть, как и стражи порядка в некоторых странах, по-разному реагирует на вас — в зависимости от того, знаете ли вы свои права. Сторонники теории «яга — нежить» полагают, что тут важна еще и подкованность в области погребальных церемоний.

Хорошо также вступить в сговор с кем-то из ее присных — например, с котом или даже с избой. А вот дарить цветы, как поступил Ксенобайт, как раз не рекомендуется. Хотя к подаркам она благосклонна.

Но, вообще-то, дело с ягой кончается миром намного чаще, чем с большинством представителей «нечистой силы». Она не испытывает вражды к людям как таковым, хотя и не слишком их любит; нередко у нее есть свои счеты к врагам людей, которые она не прочь свести при помощи человека, а иногда ей просто оказывается симпатичен гость.Яга может снабдить важной информацией, а порой и «помочь материально» (зельями, к примеру). Может выдать какого-нибудь из своих слуг в помощь. Однако учтите: идти на контакт с ягой стоит только мужчинам или подросткам. Женщинам и детям приближаться к избе крайне не рекомендуется.
Корни суеверий и преданий, иногда подспудно влияют или, по крайней мере, пытаются влиять на нашу жизнь. Это не всегда приятно, но случается и так, что мифы можно обратить себе во благо, в том числе и во благо материальное. Возьмем, например, сферу туризма.
Румыния умело пользуется легендами о графе Дракуле, чтобы привлечь путешественников. Лапландия гордо поименовала себя родиной Санта-Клауса и стрижет купоны в сезон рождественских каникул… В общем, легенда – это не только интересно, но и коммерчески выгодно. В России решили тоже поработать по этой схеме. Недавно стало известно, что в стране появится своя сказочная география.

На сказочной карте России отразится вся известная информация о музеях, усадьбах и резиденциях мифических персонажей, таких как Дед Мороз, Илья Муромец, Баба Яга и другие. Царевну-лягушку и Алешу Поповича поселят в Ростове, Кощей Бессмертный получит резиденцию в Тверской области, Великий Устюг уже довольно давно позиционирует себя как родина Деда Мороза, а вот его внучка Снегурочка почему-то окажется в Костроме. Бабе Яге достанется прописка в Ярославской области – в селе под названием Кукобой.

Строго говоря, это село было объявлено родиной Бабы Яги несколько лет назад, и там уже открыт ее музей – классическая избушка на курьих ножках. Она создала 13 рабочих мест и сделала Кукобой не просто селом, а туристическим местом. Понятно, что на самом деле Кукобой родиной Бабы Яги быть никак не может хотя бы потому, что первые упоминания об этом селе приходятся на XVI век, а Баба Яга – значительно старше.

Русская православная церковь не очень довольна тем, что село использует Бабу Ягу, возвращая ей (пусть и в коммерческих целях) значение культовой фигуры. В московском патриархате выступали с резким осуждением "поклонения Бабе Яге" - ведь она персонаж языческий. И, откровенно говоря, страшный.
Вопреки расхожему представлению яга никогда не была и не считалась однозначным злом. Ее боялись (и справедливо), иногда приходилось сражаться с нею или обманывать ее... но то же самое можно сказать и о человеке.